Медики в Московской России и первый русский доктор
Историко-биографический очерк
Дм. Цветаева, ординарного профессора Варшавского университета. Варшава, 1896 г.
Блестяще написанный очерк проф. Цветаева посвящен памяти первого русского
доктора медицины и философии Петра Васильевича Постникова. Весною прошлого года
исполнилось 200
лет, как этому первому русскому врачу был выдал Падуанским университетом
диплом на высшую ученую степень. Рекомендуя очерк проф. Цветаева всем желающим
ознакомиться близко с содержанием его, как весьма полезное руководство к
истории медицины, мы коснемся здесь лишь тех сведений о фармации, которые дает
нам автор. Нас, фармацевтов, проводящих целые годы в аптеке и приходящих в
столкновение с самой разнообразной и разношерстной публикой, нисколько, конечно,
не удивит сообщение уважаемого профессора о том, что задолго до появления па
Руси медицины рациональной, народ лечился „жарко натопленною банею“ или
заговорами и прочими подобными средствами, так как еще и теперь простой народ продолжает прибегать к
ним. Наряду с этой народной медициной существовала и научная, и услугами ее
жрецов пользовался лишь великокняжеский двор и лица, близко стоявшие ко двору.
Профессиональные врачи явились впервые
в России в княжение Иоанна III, прибыв, по предположению автора, в свите второй
супруги Иоанна III, Софии Палеолог; как и на Западе, первыми пионерами на Руси
медицины научной были евреи, и если нам пришлось быть свидетелями таких грустных
событий, как избиение врачей в холерные годы простым народом, то мы не будем
удивляться сообщению автора о том, что за неудачное лечение русских царевичей
два медика Иоанна III
„лекарь жидовин Леон" и „врач некий немчин Антон" были преданы смертной казни. У царя
Иоанна
Грозного придворными врачами были англичане и один из них, лейб-медик
английского двора Роберт Яков, приехал в 1581 году с аптекарем
англичанином, который и основал в Москве дворцовую аптеку, до устройства
которой медикаменты приготовляли доктора.
Со временем, когда приезжие
врачи на деле убедились в прибыльности своей профессии в России, они и детей
своих старались отправлять за. границу на казенный счет для изучения медицины, но ввиду того, что это обходилось очень дорого
(так на обучение Бильса в Лейдене медицине Михаил Федорович издержал
1.000 рублей по тогдашнему курсу),
правительство старалось подготовить врачей из природных русских и притом, не
посылая их за границу; с этой целью к иностранным врачам, практиковавшим в
России были отданы в учение русские ученики; попытка эта увенчалась успехом, и
новых врачей обыкновенно прикомандировывали к полкам с окладом жалованья столь
мизерным, что 20 человек русских лекарей в
1661 году подали просьбу о прибавке жалованья, в которой говорили,
что „лекарям иноземцам, твое государево годовое жалованье идет большое; а мы,
холопы твои, людишки бедные, твоего государева годовова жалованья и корму идет
на день только 10
денег. К создавшемуся
таким образом небольшому контингенту русских врачей и так называемых .,диштиляторов"
были приставлены выученики, из которых и вышли практически подготовленные
аптекарские помощники, фельдшера и „врачи", за коими, по сообщению автора,
усвоилось название по специальности алхимиста (аптекарского
помощника), костоправа, рудомета и т. д.
С появлением русских врачей и фармацевтов возникло новое учреждение
„Аптекарский приказ", где они и получали аттестаты по выдержании испытания
при комиссии врачей но установленной программе. Процент русских
выучеников все возрастал:
в 1675 году в ведении приказа состояло
всего медицинского персонала 19 лиц иноземных и 27
своих, и в 1681 году 23 чужих и русских
58 чел. В это же время приблизительно составилась при Аптекарском
приказе библиотека из иностранных травников и лечебников, а в
1678 г. в приказ быль взят на службу особый переводчик, давший обязательство
переводить такие книги, по которым „русские люди могут быть совершенными
лекарями и аптекарями". В правление царевны Софии, но свидетельству
историков, в Москве (было ужо
довольно много знающих свое дело фармацевтов, и в 1673
году на Гостином дворе
была открыта первая так называемая Новая (в отличие от Старой Кремлевской —
тогдашней pharmacopolium aulae imperialis) аптека с вольным отпуском
медикаментов, о которой так отзывался один из
иностранцев:
„могу сказать поистине, что я никогда не видал столь превосходной аптеки". Медикаменты все выписывались
в то время из-за границы.
В общем очерк проф. Цветаева представляет довольно ценный вклад в
литературу истории фармации в России. Уважаемый профессор, между прочим,
указывает на сильный антагонизм, бывший между русскими врачами и аптекарями и немцами во времена появления первых русских
выучеников. Автор с горечью констатирует
существование немецкой солидарности и сплоченности вообще в ученых учреждениях, и в
области практической медицины в частности. Если автор не преувеличивает в
своей "германофобии", так резко
кидающейся в глаза читателю,
то нельзя не сознаться, что нам приходится считаться с очень грустным
фактом. Очерк проф. Цветаева написан довольно популярно; тексту очерка
предпослано указание на литературу предмета и к нему приложены примечания и
приложения нескольких архивных документов, не появившихся в свете до настоящего времени; автор
отнесся очень обдуманно и строго к выбору дополнений; он дает не только
очерк деятельности первых русских врачей и аптекарей, но и характеристику
всей знаменательной в русской истории эпохи преобразования.
С. Л. Гордон
(Фармацевт. 1897)
Перейти к продукции
На главную
К общему алфавитному указателю статей
|