последнее изменение страницы 06.03.2026
КЛИНГЕ Александр Густавович
Парадоксально, но несмотря на впечатляющий список опубликованных автором книг и количество имеющихся изданий в наших библиотеках, информации об Александре Густавовиче очень мало. За прошедшее время, к сожалению, мы несильно продвинулись в нашем розыске. Было найдено несколько фрагментарных упоминаний ФИО А.Г. Клинге в различных архивах Москвы и Петербурга, а также в биографических изданиях того времени. Однако, не все ссылки позволяют со стопроцентной уверенностью соотнести их с интересующей нас персоналией. И хотя эти фрагментарные упоминания мы можем выстроить в определенном хронологическом порядке, дополнив их нашими предположениями, все же полученный таким образом конечный информационный продукт не может считаться объективным. Поэтому в этом вступлении мы выскажем наши предположения, касающиеся начального и заключительного периодов в биографии А.Г. Клинге, а здесь справка, написанная когда-то для словаря и в которую мы лишь внесли некоторые уточнения. В январе 2026 г., на одном из аукционов, появилась почтовая карточка (размером 14х9 см) с фотографическим изображением. Продавец датирует ее издание ориентировочно 1910 г. На лицевой стороне содержится черно-белое фотографическое изображение мужчины 55-60 лет и подписью латиницей мелкими рукописными печатными буквами (видимо, процарапанными на негативе) «Alexander KLINGE». На оборотной стороне поверхность открытки имеет разделение вертикальной чертой, состоящей из точек, на две неравные части. Левая чистая (2/5 от всей поверхности) предназначена для текста, правая — содержит верхнее чистое поле (для марок) и нижнее, имеющее четыре горизонтальные линии (две длинные и две на 1/4 короче), образуемые точками. Две длинных линии — для почтового адреса и две более короткие — для ФИО адресата, здесь же, в нижней правой части, на уровне последней нижней, короткой, линии, читается номер 308512. В описании к карточке ее владелец указывает на английском и русском языках, что фотографическое изображение принадлежит Александру Клинге, русскому химику, фармацевту, ученому. Очевидно, что каталожное описание заимствовано из зарубежного источника. Однако на проясняющий запрос, откуда оно взято, продавец ушел от ответа. Пока это единственное обнаруженное нами фотографическое изображение Александра Густововича Клинге.
Скорее всего, Александр Густавович родился в 1855-1856 г*. Отец Густав Альфредович Клинге по происхождению немец, по вероисповеданию лютеранин, держал аптеку и работал провизором в Ковенской губернии, мать русскоязычная. Возможна родственная связь между Александром Густавовичем и Иваном Густавовичем Клинге (1851-1902), известным Петербургским ботаником. Вероятно, Иван Клинге был старшим братом Александра**. Скорее всего, родился Александр Густавович в Прибалтике, в то время входившей в состав Российской империи, не исключено, что какое-то время жил в Эстонии (где учился в Дерптском университете Иван Клинге). Вероятно, первоначальное фармацевтическое образование А. Г. Клинге получил работая помощником в аптеке своего отца. Высшее образование на звание провизора — в Москве. Окончил обучение и получил степень провизора в 1882 г.*** Работал в Московском Фармацевтическом обществе. В этот период выписываемые им международные журналы приходили на адрес г. Москва, ул. Арбат д. 25, Дом общества русских врачей. Одной из задач Общества было обеспечение населения доступными лекарственными препаратами. Вероятно, А. Клинге, как фармацевт и провизор, работал в этом направлении (Российский медицинский список, 1892). Первая известная публикация А. Клинге датируется 1893 г. Она положила начало сотрудничеству автора с журналом «Фармацевт», в котором Александр Густавович в последующие пять лет публикует ряд статей, преимущественно посвященных эфиромасличным растениям и эфирным маслам. В 1887 г. начинает вести несколько разделов в этом журнале: «Химико-фармацевтический обзор и новости из специальных журналов»; «Из области физиологической химии»; «Из области химии пищевых продуктов и напитков»; «Новые лекарственные средства»; «Manuale». Некоторые присутствуют в каждом номере журнала, выходившего четыре раза в месяц. Такая загрузка говорит о том, что в данный период работа в журнале становится основной его профессиональной деятельностью. Благодаря приобретенным навыкам, наличию ряда публикаций и национальности****, в 1897 г. приглашен в Петербург на должность редактора «Фармацевтического журнала», издаваемого при Фармацевтическом обществе (г. С. Петербург). В 1898 г принят в качестве действительного члена в Санкт-Петербургское Фармацевтическое общество. Состоит в нем вплоть до 1907 г. включительно, когда в силу возникших внутренних разногласий будет вынужден оставить должность редактора журнала. Клинге в течение 10 лет являлся редактором «Фармацевтического журнала», издав за это время ряд книг — приложений к журналу, распространяемых, прежде всего, среди его подписчиков. В 1899 г. значится сначала преподавателем, а затем и руководителем Фармацевтической школы созданной при Санкт-Петербургском Фармацевтическом Обществе (Протокол заседания от 6-го апреля 1899 и Протокол заседания С.-Петербургского Фармацевтического Общества 4-го мая 1899 г.). Школу в 1899 г. посещает 14 учеников. Благодаря знанию нескольких языков (русского, латинского, международного воляпюк) и великолепному владению немецким, Александр Густавович в 1900 г. занял пост секретаря в Фармацевтическом обществе и состоял в этой должности до 1904 г. Первые пять лет А. Клинге жил в Петербурге (сначала в Усачевом пер., д.3, затем на Фонтанке, д. 139), а все остальное время - около 20 лет в Гатчине (на Елизаветинской улице, д. 19). В 1906 г. начинает работать в Столичном врачебном управлении (ул. Морская, 63), в подчинении которого находилась вся гражданская медицина города. В июле 1907 г. получает разрешение от Санкт-Петербургского Столичного Врачебного Присутствия на открытие аптеки «по Знаменской площади, от 1 Рождественской ул. до Гончарной ул., или по Невскому проспекту, от площади до другого конца 1-й Рождественской ул.» (Фармацевтический журнал № 28, 1907). В конце 1907 г под давлением недовольных членов Фармацевтического общества и наметившегося раскола в его рядах, оставляет пост редактора «Фармацевтического журнала»*****. Последний 52 номер журнала за этот год полностью состоит из рекламных материалов и содержит всего несколько страниц. Следующее десятилетие, с точки зрения издательской и предпринимательской деятельности, станет наиболее продуктивным периодом в жизни Александра Густововича. Большинство работ опубликовано им с 1908 по 1917 гг. С 1908 г. издает и является редактором журнала «Химик и Фармацевт». Журнал выходит с 1908 по 1914 гг., по 24 номера в год. Ряд монографий Клинге этого периода являются бесплатными приложениями к журналу. По информационной насыщенности и тематической направленности «Химик и Фармацевт» становится альтернативой Санкт-Петербургскому «Фармацевтическому журналу». Последний в то время переживает упадок - из-за снижения финансирования (была отменена государственная дотация) в середине 1909 г. правление Фармацевтического Общества вынуждено вынести на обсуждение вопрос о прекращении существования журнала. Однако, благодаря появлению альтернативных источников финансирования, в виде пожертвований, в конце того же года Общество принимает решение в пользу продолжения его издания. Хотя «Фармацевтический журнал» и просуществовал до начала 1917 г., но той популярности, которой он пользовался до 1907 г., уже не было. Тираж журнала снизился и сейчас выпуски за период с 1909 по 1917 гг встречаются на аукционах крайне редко. После того, как Александр Густовович оставляет пост редактора Фармжурнала, он занимает оппозиционную позицию к Фармацевтическому Обществу, в том числе, к избранному в 1908 г, после смерти Л.Я. Валопяна новому редактору издаваемого при обществе журнала магистру фармации В. А. Несмелову. Взаимная пикировка происходит через публикации в «Фармацевтическом журнале» и в «Химик и Фармацевт» в течение 1908-1909 гг.****** В одном из своих докладов, по вопросу об организации правительственного контроля над аптеками, г. Несмелов указывает на то, что его оппонент «имеет собственную аптеку и вполне обеспечен». Из чего следует, что уже в начале 1909 г. Клинге владел своей аптекой. Помимо редакторской работы и деятельности, связанной с управлением аптекой, Александр Густовович занимается активной общественной работой. С 1908 по 1914 гг - совладелец «Александровской аптеки» или «Аптеки Александра Клинге». Аптека находилась на Невском проспекте, д. 120. И сейчас в раскопках "черных копателей" встречаются медицинские флаконы и косметические баночки с маркировкой «Александровская аптека А. Клинге». В 1909 г. включен в состав комиссии по составлению новой Фармакопеи. А в 1910 г. выходит фундаментальная работа «Дополнения к Российской Фармакопее: Препараты и магистральные формулы, не помещенные в Российской Фармакопее», написанная им совместно с деловым партнером и соредактором по журналу «Химик и Фармацевт» В. Левентоном. Необходимость публикации «Дополнения…» Клинге объясняет следующим: «при составлении фармакопей в настоящее время, почти всюду, придерживаются принципа вносить в списки лишь те средства, которые являются для аптек обязательными и составляют минимум того, чем должна обладать благоустроенная аптека. Отсюда является потребность в изданиях, представляющих неофициальное дополнение государственной фармакопеи. Этой потребности и призвано удовлетворить настоящее издание». «Дополнения…» содержат описание широкого ряда натуральных жирных и эфирных масел, множества разновидностей ароматных вод, спиртов, уксусов, а также ароматических веществ животного (типа амбра, бобровая струя и др.) и растительного происхождения (смолы и бальзамы), масляных экстрактов, мазей, настоев и технологий их изготовления. Несомненно, что собственная «Александровская аптека А. Клинге» сыграла в составлении этого труда существенную роль. В связи с неуклонным ростом количества аптек и увеличением продаж в них фальсификатов в 1908 г. публикуется новый Фармацевтический устав (проект), помимо прочего в приложении «О фармацевтических степенях и званиях» прописывается порядок получения фармацевтических степеней и званий и «присвоенные сим степеням и званиям права». Будучи издателем и редактором своего журнала, владельцем аптеки у Александра Густововича появляется потребность и открывается реальная возможность получить высшую ученую степень, что он и реализует, сначала получив статус кандидата фармации. Вероятно, что обнаруженная на аукционе фотооткрытка с изображением Александра Клинге была сделана в преддверии получения им звания магистра фармации в 1910 г., так как, если бы она была опубликована позже, то содержала бы ссылку на ученую степень (как на подобных фотоизображениях других магистров). В 1911 г. А.Г. Клинге проходит испытание и получает высшую ученую степень того времени — звание магистра химической фармации. В 1914 г. Клинге продал свою долю в бизнесе партнеру и, по совместительству, управляющему аптекой — Зиновию Захаровичу (Залману-Вольфу) Розенбауму. В сохранившейся биографии его дочери Алиса Зиновьевна Розенбаум указывает, что Клинге А. был по происхождению немцем, а по вероисповеданию — лютеранином. О причине продажи доли высокодоходного аптечного бизнеса Розенбауму мы можем только предполагать. Вероятно, начавшаяся Первая Мировая война усилила и без того уже имевшее место негативное отношение к немцам вообще и предприятиям, ими возглавляемым — в частности (а, как в России повелось с начала 19 века, за редким исключением весь аптечный бизнес был сосредоточен в руках представителей этой национальности). Вероятно, факт владения немцем долей в бизнесе, имеющем торговое название «Александровская аптека А. Клинге», на фоне происходящих в мире событий и растущих недовольств и напряжений в социуме приобрел особую токсичность и мог повлиять на снижении оборотов. Решение продать долю еврею могло спасти дело. «Александровская аптека» звучала более нейтрально для патриотично настроенных петербуржцев и обеспечило новому владельцу еще несколько лет благополучия. Эта же причина, вероятно, могла стать поводом для закрытия проекта издания журнала «Химик и Фармацевт», который также прекратил свое существование в 1914 г. Всю свою энергию с 1914 г. по 1917 г. Клинге направляет на составительскую работу, он пишет и издает несколько фундаментальных монографий: «Русский фармацевтический мануал» (в 3 частях) (обратите внимание на появившийся национальный акцент в названии мануала); Сборники техно-химических рецептов (17 выпусков); Лекарственные, душистые и технические растения. Совокупно это несколько тысяч страниц текста, написанных и опубликованных за период с 1914 по 1917 г. Сведений о следующем за 1917 г. десятилетии жизни А. Г. Клинге пока не найдено. 1917 год, судя по всему, стал переломным в жизни Александра Густавовича Клинге, и дело даже не в том, что в этот год было упразднена степень магистра и отменены все прилагающиеся к ней льготы. В этот год изданы несколько последних выпусков «Сборника техно-химических рецептов». А сам Александр Густавович пропадает на целых 9 лет. Маловероятно, что он тихо жил все это время в Гатчине (после 17 года личные данные о жителях Петрограда и Гатчины не публиковались). Вероятнее всего, что он уезжает на несколько лет на родину и вновь возвращается в Гатчину в середине 20-х. После длительного перерыва, в 1926 году, в Ленинграде, было издано всего две его монографии (одна - двумя тиражами). Данный факт, а также то, что это были дополненные переиздания прежних работ, может косвенно говорить о том, что готовились они достаточно быстро и, скорее всего, сразу после возвращения Клинге в Ленинград. В 1927 и 1928 гг. свет увидели еще несколько книг, в основе которых также лежали материалы прежних изданий. Наиболее интересное из них — переработанное и существенно сокращенное (из-за дефицита бумаги) второе издание книги «Культура и обработка лекарственных, душистых и технических растений». Первое издание этого труда до сих пор ценится среди специалистов. В 1929 г. им не было издано ни одной книги. Что косвенно может говорить о том, что Клинге в этом году было не до творчества, возможно, что он вновь меняет место жительства. Еще две увидели свет в 1930 г., но изданы они были — одна в Москве, другая в Харькове. Возможно, что Клинге, вернувшись из Прибалтики, увидел как сильно все изменилось за прошедшее время, и не найдя устраивающей его работы (а ему в это время могло быть около 70 лет), в поисках себя и своего места, начал перемещаться по новой России, переехав сначала в Москву — где учился и работал в молодости, а затем — на родину, где были похоронены его родители. Многие работы А.Г. Клинге представляют собой интересные тематические обзоры зарубежной специальной литературы того времени. Прежде всего, немецких книг и журналов. К сожалению, неизвестно ни когда родился, ни когда умер Александр Густавович Клинге, найдено только одно его фотографическое изображение. Зато осталось множество работ этого химика-фармацевта, представляющих собой сборники рецептов по различным темам, собранных по зарубежным изданиям фармацевтической направленности. Мы сделали попытку составить список его публикаций, и хотя нет уверенности в его полноте, библиография в достаточной мере объемно очерчивает круг интересов А.Г. Клинге. Ряд трудов и сейчас имеют не только исторический интерес, а рецепты из его мануалов до сих пор печатаются в отечественных специализированных журналах. Но в рамках тематики сайта интерес представляют, прежде всего, публикации об эфирных и жирных маслах, парфюмерии, эфиромасличных растениях. Эти работы мы постараемся полностью или частично выложить на сайте. С результатами нашего библиографического поиска и некоторыми тематическими изданиями А.Г. Клинге можно ознакомиться на странице «Библиография работ А.Г. Клинге».
*Взяв за точку отсчета 1882 г (год получения звания провизора, указан в Медицинских списках) можно высчитать вероятный возраст Александра Густововича. Во второй половине XIX в. для получения фармацевтом высшего звания провизора требовалось проучиться минимум 12 – 16 лет (от 4 до 8 лет в гимназии + 3 года учеником в аптеке + 3 года помощником + 2 года университетский курс) (Фармацевтический журнал, 1899). В гимназию принимали мальчиков с 10 лет. Таким образом, на момент окончания обучения Клинге могло быть от 22 до 27 лет. Если предположить, что почтовая карточка с фотографическим изображением А. Клинге была издана в 1910-1911 году (возможно, приурочено к получению высшей степени магистра фармации) и ему на ней около 55 лет, то вероятный год рождения 1855-1856 г. **Иван Густавович Клинге (1851-1902). Некоторые известные этапы жизненного пути Ивана Густавовича позволяют предположить, что проходили непосредственно вблизи от Александра Клинге и оказали, на последнего, определенное влияние. Возможно, что одним из существенных доводов в пользу переезда из Москвы в Петербург стало то, что его старший брат, Иван Густавович Клинге, в 1895 г. перешел на службу из Ботанического сада в Дерпте в Императорский С-Петербургский ботанический сад, сначала библиотекарем, а с 1899 г., на должность главного ботаника и заведующего станцией для испытания семян. Иван Густавович вполне мог поддерживать брата на первых порах его пребывания в северной столице вплоть до своей смерти в 1902 г. Косвенно на это указывает и факт переезда Александра Клинге из С.-Петербурга в Гатчину после смерти Ивана Густововича. Еще один штрих, в 1898 г Александр Густовович становится редактором Фармацевтического журнала и в этом же году доктор биологии Иван Густовович указан в числе сотрудников этого издания (годовой отчет Высочайше утвержденного С.-Петербургского Фармацевтического Общества за 1898 год). Статья Ивана Клинге «К вопросу о биологии цветка» была опубликована уже во 2 номере журнала за 1898 г. Не стоит отбрасывать и факт того, что наибольшее количество заметок об эфиромасличных растениях и их эфирных маслах были опубликованы Александром Клинге до 1902 г (хотя основная его монография о лекарственных и душистых растениях была опубликована в 1916 г.). Об Иване Клинге информации больше (полные списки трудов и биография с портретом И.Г. Клинге опубликованы в «Известиях Имп. С.-Петерб. ботан. сада» и «Трудах Бот. Сада Имп. Юрьевского универс.»), а, благодаря энциклопедическому словарю Брокгауза и Ефрона, встречается она и не в пример чаще. *** Звание «Провизор» в образовательной фармацевтической подготовке являлось высшей ступенью дозволяющей, в том числе, самостоятельное заведывание аптеками. Выше него по статусу была только ученая степень магистра фармации. **** Фармацевтический журнал был основан С.-Петербургским Обществом аптекарей в 1862 г. и первые 17 лет издавался на немецком языке, т. к. большинство аптекарей того времени являлись немцами. В качестве редактора из Ростокского университета (Германия) был выписан аптекарь и доктор философии Георг Иоганн Ноель-Драгендорф. Для расширения числа подписчиков с 1879 г. журнал начал издаваться на русском языке, без изменения своей направленности - с публикацией статей, результатов исследований, глав монографий отечественных авторов и большого количества кратких новостей из тематических зарубежных журналов, преимущественно немецкой прессы. Это связывали с определенным лобби - национальностью занимаемых руководящие должности редакторов и издателей газет и журналов. Можно заметить, что большинство фундаментальных фармакологических справочников и лечебников конца XIX началаXX были переводными с немецкого языка. *****Среди высокообразованных представителей общества (исповедующих православие) зреет недовольство фактом особого положения издателей немецкой национальности (исповедующих лютеранство) «печатных средствах информации» не подпадающих под цензуру, но способных оказывать выраженное влияние на умы общественности. К примеру, так в своей работе пишет Булацель П. Ф. (1908): «Теперь же, когда высоко авторитетное слово святейшего синода подтвердило, что большая часть протестантских деятелей проникнуты «исключительностью, фанатизмом, вековыми предрассудками и общею узостью кругозора немецкой богословской школы», особенно своевременно будет вспомнить, что многие из немецких газет и журналов издают без предварительной цензуры. При этом один из этих безцензурных журналов издается пастором Бертольдом (St.-Peterburgisches Evangelisches Sontagsblat) другой мекленбург-шверинским подданым Иоганом Биль (Protocolle des S.-Peterburgischen Vereins) и третий журнал провизором г. Клинге. Особенно интересно сопоставить это обилие немецких безцензурных газет с тем фактом, что в Петербурге только две польские газеты и притом обе они подцензурные». ****** Стоит отметить, что 1908-1909 годы, стали периодом упадка для Фармацевтического журнала, даже поднимался вопрос о его закрытии («вследствие отсутствия средств»), в то время как для Химика и фармацевта это было время расцвета и набора числа подписчиков. В 1908 и 1909 г Фармацевтический журнал включал преимущественно отчеты различных Фармацевтических обществ (которые были в каждом крупном городе), а также правовые документы. Как считал, в том числе А. Клинге, вследствие того, что фактическим редактированием журнала занимался далекий от фармацевтической проблематики Фацлав Феликсович Цеховкий, «не фармацевт и даже не врач, а бывший сотрудник польской газеты «Kraj». С 1909 г. магистр фармации Несмелов являлся номинальным редактором, как выразился Клинге - «фиговым листочком», прикрывающим сей конфуз магистерским званием. В этот период основными информационно-отраслевыми изданиями становятся журнал «Фамацевт» (с 1907 г. переименован в «Фармацевт-практик»)(Москва) и «Химик и фармацевт» (Санкт-Петербург). «Фармацевт», тот самый журнал, в котором были опубликованы первые статьи А. Клинге, являлся вторым после «Фармацевтического журнала» по времени основания (1893 г). Справедливости ради отметим, что кроме них определенную известность имели «Фармацевтический вестник» (издавался с 1897 г., в 1907 был переименован в «Фармацевтический труд») и недолго просуществовавшие «Голос Фармацевта» (1906) (переименованный в «Отклики Фармацевта»), «Служащий Фармацевт» и «Русский Фармацевт» (1908).
|
|
|
|